А. Дубровский. «Перо прозаика и сердце поэта»

 
 

А. Дубровский. «Перо прозаика и сердце поэта»




А. Дубровский. «Перо прозаика и сердце поэта»


Вспомним эпизод из нашумевшего в свое время фильма «Москва слезам не верит»: героиня, сидя в вагоне метро, держит в руках роман «Три товарища» Эриха Марии Ремарка и на вопрос случайного попутчика отвечает, что эту книгу читает вся Москва. В фильме, как говорится, немало преувеличений, но эта реплика совершенно верна. Ремарка в начале 60-х годов прошлого века читали практически в каждой семье. Книги достать было трудно, в библиотеках за журналами, где печатались переводы произведений писателя, выстраивались очереди, и экземпляры зачитывали до того, что они рассыпались на отдельные листки.

Чем объяснить тогдашний внезапно вспыхнувший и оглушительный успех романов Ремарка? Отчасти это можно понять, если вообразить себе человека, которого изо дня в день пичкают пирожными и шоколадом, а потом вдруг предложат ему пахнущий чесночком и укропом хрусткий соленый огурец. После приторно правильных персонажей, после героев, которые заполняли страницы произведений, написанных в духе социалистического реализма, которые объяснялись языком газетных передовиц, боролись за мир и светлое будущее, вы встречаетесь с совершенно иными людьми, отнюдь не чуждыми распространенным человеческим слабостям и грехам: они много пьют, ругаются, ввязываются в драки, имеют дело с проститутками и прочими представителями дна. Но они — все что угодно, только не ходячие манекены. — и привлекают внимание именно своей жизненностью. Некоторые их черты легко увидеть в молодых ребятах из ранних повестей советских писателей, пришедших в литературу с началом оттепели 60-х: В. Аксенова («Коллеги», «Звездный билет»), А. Гладилина («Хроника времен Виктора Подгурского»).

Увлечение творчеством Ремарка в нашей стране в конце 50-х—60-е годы, кстати говоря, было не «первой любовью» к нему: этот писатель стал знаменитым сразу после выхода в 1929 г его первого романа «На Западном фронте без перемен», и весьма примечательно, что в том же году он дважды был издан на русском языке в двух центральных издательствах (в разных переводах).

Ремарк занимает видное место среди писателей XX века. Он бесспорно был наделен большим талантом, однако писательское восприятие Ремарка было слишком непосредственным, слишком эмоциональным — скорее восприятием участника событий, нежели стороннего наблюдателя. Возможно, это и породило те черты его творчества, за которые его упрекала критика, порою ставившая писателя в ряд способных беллетристов, не более, — недостаточную глубину решения философских проблем, чрезмерную «чувствительность» изображения, сантименты и нередкое возвращение к излюбленным сюжетам. Однако время все ставит на свои места, и Ремарк не попал, в отличие от многих, в разряд забытых, его продолжают читать, а лучшие его романы именно благодаря глубокой человечности отношения автора к своим героям можно безоговорочно отнести к мировой классике. Его творчество основано не столько на историческом опыте человечества, сколько на личном опыте: оно автобиографично, а основные персонажи представляют alter ego автора или близких ему людей. Об этом свидетельствует сама его жизнь, о которой хочется, пусть и кратко, рассказать читателю — тогда понятнее будут ею герои, их мысли и поступки.

Эрих Пауль Ремарк (второе имя «Мария» он взял позже, в качестве частичного псевдонима, когда стал писателем) родился в семье печатника в немецком городке Оснабрюке 22 июня 1898 года и впоследствии очень гордился древностью своего рода и своими предками, которые сражались на стороне гугенотов против войск французского короля Людовика XIII при осаде крепости Ла-Рошель. Малый достаток семьи позволил ему закончить только лишь католическую учительскую семинарию. Вскоре. 21 ноября 1916 г. его призвали в армию, и он попал на фронт Первой мировой войны. Там он оказался среди таких же, воспитанных на образах классической литературы, на жизнеописаниях исторических героев, юношей, которые, столкнувшись с окопной грязью, с кровью и смертью, испытали шок, пережили крушение идеалов: благородные поединки рыцарей на поле брани, блеск их лат и звон мечей так не походили на куски человеческих тел, разорванных снарядами, и почерневшие лица отравленных газом. Но главное в осознании бессмысленности этих жертв, и Ремарк навсегда возненавидел войну и людей — дельцов, политиков и генералов, — для которых война была способом и целью достижения собственных корыстных интересов.

О трагическом открытии реальностей войны Ремарк позже рассказал устами Пауля Боймера, героя своего первого большого произведения «На Западном фронте без перемен». Ремарка и его сверстников-солдат не так страшило жестокое настоящее, как представлявшееся им еще более жестоким будущее, — в отличие от старших фронтовых товарищей, у которых все же были семья и профессия, они, молодые, умели только убивать, а этого «слишком мало и слишком много в двадцать лет». Они не видели для себя места в послевоенном обществе и иногда даже смерть казалась им избавлением и лучшим исходом.

Худшие ожидания Ремарка оправдались, и чтобы выжить в потерпевшей поражение и лежащей в руинах Германии, бывший солдат вынужден был трудиться в конторе, торгующей надгробными памятниками, учителем в частной школе, тапером, сотрудником отдела рекламы каучуковой компании в Ганновере, редактором берлинского спортивного иллюстрированного журнала «Sport im Bild». Об этом периоде его жизни можно много узнать из романов «Три товарища» и «Черный обелиск». Тогда же он пробует себя в литературе.

В октябре 1925 года Ремарк женился на знакомой ему еще по Ганноверу красавице Ильзе Ютте Цамбоне, которая для друзей была Жанной (именно с нее списана внешность героини «Трех товарищей» Пат Хольман: удлиненный овал лица, большие глаза, высокая, стройная). Брак не был особенно счастливым, но именно Жанна заставила мужа попробовать себя на литературном поприще. Результатом стал роман «На Западном фронте без перемен» (1929). То, что за этим последовало, было больше, чем успех, — это был фурор. В течение нескольких лет книга разошлась тиражом более 8 миллионов экземпляров (ныне по разным оценкам его тиражи исчисляются в 15—20 миллионов, и он переведен на 49 языков, включая казахский, африкаанс, бирманский и зулу). В Голливуде был снят одноименный фильм, принесший автору огромный по тем временам гонорар сто тысяч долларов. Панегирики критиков перемежались с абсолютным неприятием, причем как со стороны нацистов, так и коммунистов. Нападали на роман даже Томас Манн и Бертольд Брехт, ревновавшие Ремарка к его внезапной славе. Через два года был издан роман «Возвращение».

В 1932 году последовал развод, а вскоре — и эмиграция: пацифист Ремарк не мог смириться с поднимающим в Германии голову нацизмом, с загремевшими на площадях барабанами, с застучавшими по брусчатке сапогами марширующих штурмовиков. А останься он — нетрудно догадаться, что бы с ним сталось, когда в огромных кострах запылали его книги. Он уехал во Францию. В Париже пересеклись жизненные пути Ремарка и блистательной Марлен Дитрих, с которой он был знаком еще с двадцатых годов, когда она была начинающей актрисой, и которая стала прототипом героини «Триумфальной арки». Там же он создал свой самый пронзительный роман «Три товарища» (1938).

Начало Второй мировой войны и оккупация Франции заставили писателя бежать в Португалию, а затем в США. Нелегкая судьба эмигрантов позже стала темой романов «Возлюби ближнего своего» (1940), «Триумфальная арка» (1946). «Ночь в Лиссабоне» (1963) и «Тени в раю» (этот роман был издан в 1971 г. уже после смерти писателя). В Америке авторы колонок светской хроники окрестили Ремарка «Казановой» — среди его пассий упоминались Грета Гарбо и мексиканская красавица-актриса Лупе Велес. Здесь он знакомится с Натальей Палей, дочерью Павла Александровича Романова, дяди последнего российского царя. Их роман, длился и по возвращении Ремарка в Европу, где они поселились в швейцарском городке Порто-Ронко на озере Маджоре. Неугомонная Наталья носится по Европе, а Ремарк тем временем знакомится с Полетт Годар, бывшей женой Чарли Чаплина, которая стала спутницей писателя до последних дней его жизни.

В Швейцарии Ремарк продолжал заниматься литературной деятельностью. Он умер 25 сентября 1970 года в клинике юрода Локарно, на руках у жены. К ней были обращены и его последние слова: «С тобой не страшно умирать».

Перу Ремарка принадлежат четырнадцать романов, десять из которых опубликованы при жизни, и на протяжении всего творческого пути он оставался верен выбранной теме — борьбе человека с внешними обстоятельствами, как правило, непреодолимыми. Его герои мужественны, честны и благородны. Они ненавидят войну, преданны в дружбе и постоянны в любви. К сожалению, как у любого писателя, у Ремарка случались неудачи — он повторялся, по несколько раз использовал однажды найденные сюжетные ходы. Но время, новый опыт, изменение взглядов на окружающий мир вынуждали ею эволюционировать, и это легко заметить на примере его лучших произведений.

После выхода первого романа, имевшего, как упоминалось, огромный успех, критика и общественное мнение причислило его к плеяде писателей, мощно и ярко рассказавших о судьбе поколения солдат Первой мировой войны, названном писательницей Гертрудой Стайн «потерянным поколением». Среди этих писателей были Э. Хемингуэй, Д. Дос Пассос, Ф. С. Фицджеральд, Г. Миллер. Р. Олдингтон и другие. Однако именно у Ремарка решение темы прозвучало, пожалуй, наиболее остро. В литературной ткани романа явно ощущается влияние экспрессионизма — художественного течения, получившего широкое распространение в Германии, особенно в кино и живописи. Для этого стиля характерны гротеск, изломанность линий, деформация формы ради создания болезненной напряженности произведения. Смерть и кровь. Изуродованные тела и искалеченные души. Страшное настоящее и беспросветное будущее. Чего еще не хватает, чтобы сойти с ума?

Вопрос не риторический: что же нужно, чтобы в таких условиях не сойти с ума? Ремарк находит ответ — юмор. Пусть черный, пусть грубый, но именно юмор становится для героев той соломинкой, которая не дает утонуть в грязи и крови окопов; именно юмор превращает персонажей из схематических набросков в живых людей, подчеркивает жестокую правду происходящего. Юмор помогает не только героям, но и читателям — иначе книгу просто невозможно было бы дочитать до конца.

Совсем по-иному, уже после отъезда из Германии, написан роман «Три товарища». В этом полном щемящего драматизма и лирическом произведении о времени заката Веймарской республики Ремарк подчеркивает свою близость с героем не только тем, что повествование ведется от первою лица, но и тем, что профессиональная деятельность Роберта Локампа по сути повторяет послевоенные мытарства самого Ремарка. В языке, которым написан роман, определенно сказывается влияние Э. Хемингуэя, — Ремарк позаимствовал у основоположника новейшей западной литературы лаконичный, почти телеграфный стиль изложения, что особенно заметно в диалогах. На первый взгляд реплики персонажей кажутся не всегда связными, иногда — парадоксальными. Но потом понимаешь, что герои словно слышат мысли собеседника, выраженные между слов; это подчеркивает их близость, настроенность на одну духовную волну.

Здесь мы встречаемся с теми же мальчиками, с которыми познакомились на страницах «На Западном фронте без перемен»; они повзрослели биологи-чески, но сохранили свое отношение к миру и к людям. Они так же бескомпромиссно честны, неспособны предать, всегда готовы бескорыстно помочь близкому. Им не по силам бороться с жизненными обстоятельствами, хотя гордость не позволяет проявить слабость и признать поражение. И снова огромную роль играет ремарковский юмор. Теперь он все чаше принимает форму иронии и самоиронии — персонажи стесняются высоких слов, опошленных и девальвированных, и за показным цинизмом скрывают искренность, чистоту, ранимость.

В «Трех товарищах» и отчасти в «Триумфальной арке», написанной в Америке, экспрессионизм первых произведений писателя уступает место экзистенциалистским мотивам трагического противостояния человека и окружающего мира. Зло как бы размыто, оно не имеет реальных черт, а следовательно, и бороться с ним бессмысленно.

Правда, в последнем романе писатель заставляет героя все же попытаться действовать. Доктор Равик, беженец из фашистской Германии, отдается на волю обстоятельств: он не только не просит помощи, чтобы сделать свое положение более сносным, но даже отказывается, когда ее предлагают. Однако, встретившись с эсэсовцем Хааке, олицетворяющим то зло, которое несет людям фашизм, он решает расправиться с ним и с маниакальным упорством добивается цели. Убийство Хааке становится не актом личной мести, как в «Трех товарищах», где герои мстят убийце их друга, а исполнением гражданского долга. Впервые у Ремарка прозвучало осознание его героями ответственности за происшедшее на их родине — прежде они возлагали ответственность на рок или, в лучшем случае, на старшее поколение, себя же считали лишь жертвами.

Если в прежних романах описываемые события происходили в Германии или где-то во Фландрии, да и время действия можно угадать лишь приблизительно, то в «Триумфальной арке» жизнь Парижа расписана буквально по дням. Это делает произведение почти документальным и в то же время позволяет Ремарку в картине летнего бала парижской аристократии глубоко символически выразить предчувствие надвигающейся катастрофы. Ремарк здесь прибегает к метафоре и гротеску, и по глубине воздействия на читателя — это одна из лучших сцен не только в романе, но и во всем творчестве писателя. Съезжающиеся на бал в пышных костюмах прошлых эпох гости, занятые только собой, не обращают внимания на митинги и демонстрации фашистов и коммунистов. По под разразившимся ливнем опадают высокие парики, смывается грим, и лишенные бутафории фигуры становятся жалкими и нелепыми. Открываются пустота и убожество обывателя и тщетность попыток укрыться в своей раковине от грядущей бури.

Еще более отчетливо ответственность всех и каждого за происходящее выражена Ремарком в романе о Второй мировой войне «Время жить и время умирать» (1954). Его герой принадлежит уже следующему после автора поколению, хотя в описании батальных сцен Ремарк во многом пользуется своим солдатским опытом, полученным во время Первой мировой войны.

Воюющий на земле России молодой солдат Гребер получает отпуск и приезжает в родной юрод, находящийся в глубоком тылу. Но надежды на небольшую передышку оказываются тщетными — ужасы войны здесь проявляются с не меньшей жестокостью, чем на фронте. Пережитое вынуждает Гребера сделать тяжкий вывод: в ненавидимой им войне виноваты не только нацисты — виноваты все немцы, позволившие подняться у себя на земле фашистскому чудовищу. В разговоре с любимой он с горечью пророчит, что после войны немцев не пустят не только в разрушенные ими Россию, Францию, Бельгию, но даже в нейтральную Швейцарию, которую власти Германии заставили погрузиться во тьму, чтобы при ночных рейдах пилоты вражеских бомбардировщиков не знали, когда минуют границу и окажутся над немецкими городами.

Переворог в сознании Гребера становится для него роковым. Спокойствие и равнодушие, с которыми он принимает смерть от нули русского партизана, выглядят символическими, — он словно приносит покаяние от имени немецкого народа.

Свои произведения Ремарк писал, как правило, хронологически, «по горячим следам». В этом плане особняком стоит «Черный обелиск» (1956). В нем писатель возвращается в начало 20-х годов и пытается осмыслить ответственность и вину своих героев за историю Германии 30-х и 40-х. В самом зрелом своем творении он снимает позолоту с образа Роберта Локампа и его товарищей, пытавшихся с помощью водки и наигранного цинизма уйти от действительности. Их пассивность и отказ сопротивляться злу позволили произойти тому, что произошло. Даже возведенное писателем на пьедестал фронтовое товарищество на поверку оказывается иллюзией: два брата, бывшие солдаты, а ныне владельцы фирмы ритуальных услуг, оказываются по разные стороны баррикад. Постоянно упоминаемый на страницах романа чудовищный кладбищенский памятник писатель превращает в символ потерянных идеалов, в символ абсурда новых времен, в символ абсурдности бытия.

«Черный обелиск» даже по форме отличается от прежде написанного. Гротесково-сатирические краски превращают его в своего рода памфлет, насыщенный мрачной атмосферой безысходности.

Рассказывая о творчестве Ремарка, нельзя не затронуть тему любви, которая занимает важное место в его произведениях, а иногда становится их лейтмотивом. Героини его романов, в отличие от героев-мужчин, очень разные: нежная, трепетная Патриция Хольман («Три товарища») и ветреная, деспотичная Жоан Маду («Триумфальная арка»); исполненная здравою смысла Элизабет («Время жить и время умирать») и душевно больная Изабелла («Черный обелиск»). Тем не менее есть много общего в отношениях между ремарковскими мужчиной и женщиной — это две былинки, цепляющиеся друг задруга и пытающиеся устоять под порывами бури. В защиту своей любви герои могут предложить лишь себя, но несмотря на чистоту и силу чувства, этого мало для счастья, — финал неизбежно трагичен: Пат и Жоан погибают. Изабелла излечивается от своего недуга, однако изменение ее личности таково, что, по сути, подобно смерти.

Даже имена героинь символичны: среди них английские, испанское, итальянское, и нет немецких. Этим писатель словно подчеркивает призрачность и зыбкость происходящего: будущее героев — это мираж, и как к нему ни стремись, он все равно ускользнет, рассыплется.

Но сила таланта Ремарка в том, что глубокий лиризм автора захватывает читателя. Как и герои, он понимает неизбежность фатального исхода, но как и герои, до конца ждет и надеется, что худшее не случится.

Переводчики Ремарка отмечали музыкальность его языка, сожалели о невозможности передать его мелодику. Тем не менее все его романы читаются на одном дыхании. Им свойственна яркая образность стиля, иногда его парадоксальность. произведения Ремарка, словно песок золотоносной реки, пересыпаны блестящими афоризмами, которые запоминаются надолго, а то и навсегда, и выплывают из глубин памяти, где, кажется поселились с незапамятных времен.

Часто при чтении рука так и тянется к карандашу, хочется что-то выписать — настолько та или иная фраза отзывается чувствам и настроению читателя.

Как же складывались отношения российскою читателя с Ремарком и ею героями? Выше уже было сказано, что роман «На Западном фронте без перемен» был дважды переведен и издан в СССР в год его выхода в Германии. Более тою, предисловие к русскому изданию написал один из тогдашних лидеров партии большевиков Карл Радек. Довольно быстро было организовано и издание «Возвращения». Интеллигентская элита по достоинству оценила произведения немецкого писателя, но и только. Затем — перерыв на четверть века: слишком очевидные аллюзии могли возникнуть у советских людей и слишком явные параллели они могли провести с обстановкой у себя на родине. Лишь в конце 50-х годов произошло второе знакомство с Ремарком, когда почти одновременно появились «Три товарища» и «Триумфальная арка». а позже стали постепенно издаваться и другие произведения писателя. Успех был сравнимым лишь с популярностью, которую получил открытый тогда же для достаточно широкой аудитории Хемингуэй.

Советская критика не оставила книги писателя незамеченными. С пониманием относясь к его пессимизму в изображении «буржуазной действительности», она пеняла ему за отсутствие «классовой позиции», за отказ от активной борьбы с «язвами капитализма». Благо, читатели подобные пассажи благоразумно игнорировали. Для интеллектуалов Ремарк был немного наивным, может быть, даже банальным, они воспринимали ею как легкое чтиво, почти кич. Зато для молодежи он стал откровением. Если его героям и не всегда хотелось подражать, то глубокую симпатию они вызывали без всякого сомнения.

Сейчас, кажется, пришло время еще раз обратиться к творчеству этого незаурядною писателя. Как ни парадоксально, но время словно сделало скачок назад. Иногда кажется, что читаешь не о немцах начала XX века, а о себе конца века: мы пережили две жестокие и кровавые войны, на которых солдаты воевали далеко от дома; мы прошли через период бурной инфляции, крушение казавшихся незыблемыми идеалов, многих поразили бациллы национализма и ксенофобии. Однако происшедшее совсем иначе отразилось на сознании русских людей. В ком-то из беженцев, конечно, живет доктор Равик, кто-то из ветеранов афганской и чеченской войн следует идеалам трех товарищей, но мы их не видим. Роковая слепота! Но, слава Богу, еще вызывают гнев и отвращение цинизм «новых русских», пьяные оргии бывших десантников, их участие в криминальных группировках. Ремарк ныне актуален, и это закономерно.



Создан 01 сен 2012