Пискунов А.Н. Рассказы о волках (из книги "Записки натуралиста")

 
 

Пискунов А.Н. Рассказы о волках (из книги "Записки натуралиста")




Александр Николаевич Пискунов

Из книги: "ЗАПИСКИ НАТУРАЛИСТА".

Рассказы о волках

Содержание:

  1. На волчьей тропе
  2. По волчьем концерте
  3. Волчья идиллия
  4. На волчьей охоте
  5. У волчьего логова
  6. Встреча в ночи
  7. На волчьей свадьбе
  8. Волки, вороны и лоси

 

НА ВОЛЧЬЕЙ ТРОПЕ

Холодным ноябрьским днем при подходе к своему зимовью обнаружил я волчью тропу, идущую из глубины лесного массива в сторону вырубки, что на южной границе заповедника. Было видно, что по тропе прошло много зверей. Тропа прошла в десяти метрах от зимовья и снова углубилась в лес. Сняв тяжелый рюкзак, я с ружьем в руках пошел следом за волками по их тропе, чтобы узнать цель их визита в мой обход.

Ближе к опушке волки рассредоточились и веером разбежались в разные стороны. Начался поиск часто отдыхавших здесь лосей. Вскоре им удалось обнаружить находившихся на лежке лосиху с лосенком-сеголетком и стая начала гон. Спасаясь от волков, лоси выбежали на обширную вырубку. Следуя по следу стаи, обнаружил я на снегу клочья лосиной шерсти и брызги крови. Продолжая тропление, наткнулся я на труп убитого волками лосенка.

Снег вокруг него был утрамбован волчьими лапами и окрашен кровью, в стороне, метрах в пятидесяти от места происшествия стояла лосиха, которая внимательно смотрела в мою сторону. Видимо мать лосенка была свидетелем жуткой расправы над ее отпрыском. В тот момент всего в десяти метрах от меня из зарослей травы выскочил волк и стал стремительно убегать. В момент, когда хищник перепрыгнул через толстую валежину, я выстрелил по нему мелкой дробью. Схватив себя зубами за зад, волк опрометью побежал дальше. При втором выстреле мне пришлось сделать промах, так как мешали высокие и густые куртины вейника. В этот момент я увидел, как из зарослей травы выскакивали волки и стремительно удирали.

Мне особенно запомнился очень крупный волк, который показался мне огромным. Видимо это и был вожак стаи. Всего в стае было около семи зверей. Выстрелы заставили убежать и лосиху. Осмотрев след раненого мною волка, я убедился, что мелкая дробь не смогла причинить ему большого вреда. Убегал он также резво, как и другие хищники, хотя на снегу, где он пробегал виднелись капельки крови.

Следуя по гонной тропе, я не мог предположить, что смогу увидеть волков, так как хорошо знал их осторожность, а потому ружье зарядил мелкой дробью. Осмотрев лосенка, я пришел к выводу, что волки в первую очередь разорвали ему живот и стали пожирать его внутренности! На бедре и в области горла зияли огромные раны. Утолив голод, волки тут устроили лежку.

Перевернув лосенка на другой бок, я убедился, что здесь следов волчьих зубов почти нет. Зная, что волки к своему трофею уже не вернутся, я достал нож и нарезал более двадцати кг чистого мяса, которое тогда было в большом дефиците. Занятый этой работой, я услышал, как в стороне прозвучал короткий, но басовитый вой. Матерый объявил сбор стаи. Лосиное мясо для лучшей сохранности от мышей я поместил в закрытый металлический бачек и пользовался им зимой. Волки так и не подходили к своему трофею.

Утром я вновь обнаружил свежие следы этой стаи, на той самой тропе, по которой они прошли около зимовья. Остатки лосенка достались вездесущим воронам, которые уже вечером в большом количестве кормились на волчьем трофее.

Из всей этой истории меня больше всего поразило то, что волки допустили такую неосторожность, подпустив меня к себе вплотную, хотя в будущем я еще встречусь с таким поведением волков. Интерес представляет и тот факт, что потеряв лосенка, лосиха вернулась к месту гибели своего сына и, подвергая себя опасности, видимо еще ждала, что лосенок вернется. Впрочем, имея достаточно пищи волки не обращали на нее никакого внимания.

 

НА ВОЛЧЬЕМ КОНЦЕРТЕ

Теплым августовским вечером совместно с сотрудником заповедника А. Галкиным пошли мы в охранную зону заповедника, чтобы послушать волков, которые в это пору нередко нарушали тишину своим воем. И вот мы на примыкающей к заповеднику огромной зарастающей вырубке, где не раз слышали вой волчьей стаи. Заняв удобные для наблюдения места, приблизительно в сотне метров друг от друга, мы стали ждать.

Повсюду чувствовалось приближение осени. Уже пожухли покрывающие вырубку заросли вейников и кипрея, а в кронах берез появились первые желтые пряди осени. В лучах заходящего солнца, призывно светились кроваво-красные ягоды шиповника.

Тишину вечера нарушил громкий треск ломаемых веток. Это в сотне метров от меня подошедший медведь стал ломать толстые ветки черемухи, чтобы добраться до ее ягод. Присутствие медведя не входило в репертуар волчьего концерта, и я почувствовал опасение, что косолапый может испортить нам этот вечер. Самого медведя мне не было видно, хотя на фоне черемухового куста несколько раз мелькнула голова и лапа. Зато хорошо было видно, как трясутся ветви куста, когда медведь наклонял и ломал их.

В это самое время раздался протяжный вой, который эхом отразился от дальнейшей стены леса. Это при помощи стекла для керосиновой лампы провабил Анатолий, подражая волчьему вою.

После этого медведь бесследно исчез, а через несколько минут послышался ответный вой из дальнего угла вырубки. Это отвечала волчица. Следующий звук, похожий на вой волка, издал я. И снова мы услышали ответный вой волчицы. Волчица шла на сближение. Солнце зашло за горизонт и долину Скальи, откуда подавала сигнал волчица, закрыл туман. Убедившись, что мы не спешим к ней на встречу, волчица снова пошла на сближение. К сожалению стало темнеть и стало понятно, что визуального контакта с этим хищником ждать не придется.

Вскоре за моей спиной, где вдоль опушки леса идет тропа, послышался топот прибежавших сюда волчат. А через несколько минут тишину нарушили переливные голоса волчьего выводка. "Что бы побывать на таком концерте в Канаде, например, туристы платят большие деньги, а тут бесплатно можно слушать сколь угодно", — подумал я. Когда же недалеко несколько молодых волков начинали выть одновременно, я чувствовал как по моей спине пробегает холодок.

Вой волка непроизвольно вызывает у человека неприятное чувство. Не трудно представить, как воспринимали этот вой наши далекие предки. В моих руках было заряженное ружье, но волков мне не было видно, а стрелять на звуки и шорохи я не стал. Желая подманить волков к себе, Анатолий сделал попытку провабить, но голос его сорвался и вместо заунывного воя, раздалось мажорное хрюканье. Находившаяся поблизости от Анатолия волчица, испуганно скуля бросилась бежать. Я хорошо слышал ее скуление и шорох сухой травы в двух-трех десятках метров от меня. Удрала и волчья молодежь.

В наступившей тишине, было слышно, как далеко около Шайтанской дороги басовито завывал матерый. Так в тот вечер закончился волчий концерт в охранной зоне Висимского заповедника.

 

ВОЛЧЬЯ ИДИЛЛИЯ

Солнечным мартовским утром шел я на лыжах через юго-восточный сектор охранной зоны заповедника. Вот уже несколько дней стояла ясная, но морозная погода, способствовавшая образованию на поверхности снега крепкого наста, который покрыл небольшой слой свежевыпавшего снега. Это позволяло двигаться легко и бесшумно.

Внимание привлекли гортанные крики воронов, которые кружили в стороне над деревьями. Эти черные вестники смерти ведут себя так тогда, когда обнаружат чей-то труп. Сменив направление движения, я торопливо пошел к месту скопления этих птиц.

Преодолев большую лесную поляну, я приблизился к куртинке елочек, за которой виднелась еще одна, меньшего размера поляна. В этот момент, слева от меня в воздух с криками поднялось около двух десятков этих черных птиц. Взглянув в ту сторону, я увидел, что на снегу темнело еще что-то, что принял за убитого волками лосенка, которого я и решил осмотреть. К моему огромному удивлению, я понял, что вижу не лосенка, а лежащего на снегу волка.

Волк лежал ко мне задом, лениво грызя лосиную лопатку. Он был всего в десяти-пятнадцати метрах от меня, и я мысленно проклинал себя за то, что не взял с собой ружье. В течение нескольких минут я внимательно рассматривал лежащего передо мною хищника. Но вот волк вскочил и, повернувшись, уставился в мою сторону. В течение нескольких секунд мы смотрели в глаза друг другу. Я видел, как поднимается шерсть на загривке зверя. Мгновение и волк распластался в быстром размашистом беге. Он был прекрасен. И эта картина с бегущим по снегу зверем навсегда останется в моей памяти.

Осмотрев место вокруг погибшего лося, убедился, что стая состояла из трех взрослых волков. К моему приходу один из волков отдыхал на придавленной снегом копне сена, с видом на крутой склон горы Малиновая. Видимо, он первым обнаружил мое приближение и, оставив на лежке увесистый кусок мяса, незаметно удрал. Еще один волк отдыхал под елочкой, поблизости от их трофея. По всей видимости в его обязанности входила охрана мяса от назойливых птиц. Увидев меня еще на подходе, он тоже сбежал, что позволило воронам тут же спуститься к мясу.

Благодаря крепкому насту, способного хорошо удерживать волков добыть лося, который проваливался в глубоком снегу, большой трудности волкам не представлялось. Добыв лося, волки в течение нескольких дней предавались безмятежному отдыху, пока мое появление не прервало этой идиллии.

Интерес представляет тот факт, что этот очень осторожный и чуткий зверь позволил мне приблизиться к нему на такое близкое расстояние. Конечно, этому способствовали постоянные крики воронов. Еще находясь на месте события, услышал я в той стороне, куда убежал допустивший оплошку волк, раздался короткий призывной вой. Это вожак стаи подал сигнал сбора.

После моего ухода, волки вернулись к своему трофею через несколько дней, проходя здесь я не обнаружил ни воронов, ни волков. А там где валялась туша лося, на припорошенной поверхности темнело несколько клочьев лосиной шерсти.

 

НА ВОЛЧЬЕЙ ОХОТЕ

Собственно, это даже и охотой назвать нельзя, так как встреча с волками, где я применил оружие, носила чисто случайный характер. Сотрудники заповедника не раз устраивали облавные охоты на волков, но я всегда уклонялся от этого по самым разным предлогам. В этот же раз я шел из г. В. Тагил в свое зимовье, расположенное в кв. 84 заповедника.

Это было дождливым октябрьским вечером. Приблизительно всего в тридцати минутах ходьбы до зимовья я решил отдохнуть под густой кроной елочки у примыкающей к лесному массиву вырубки. Далее мне предстояло следовать по тропе, поросшей высокой и мокрой травой. Поэтому, я собрал все находившиеся в карманах ружейные патроны и, сложив их в пластиковый пакет, спрятал в рюкзак. До наступления темноты оставалось около часа. Отдохнув, я от нечего делать, сложив рупором ладони, издал протяжный, похожий на волчий вой.

Когда я собрался уже уходить, недалеко от меня раздался громкий крик кедровки. Кедровка, как и сорока, увидев в лесу крупного хищника или человека, стремится своими криками сообщить об этом другим. Крик повторился и я решил повременить с уходом. Не прошло и пяти минут, в той стороне, где кричала кедровка, я заметил голову неторопливо шедшего в мою сторону волка. Опустив голову, зверь внимательно изучал запахи тропы, видимо в поисках следов того, кто издал здесь призывный вой. Следом за вожаком, из травы виднелись спины еще двух или трех хищников. Азарт охотника заставил меня испытать сильное волнение, ведь я был уверен, что охота будет удачной.

Я обратил внимание, что на фоне жухлой травы, волки были мало заметны. Цвет их шерсти удивительно был похож на свет пожелтевшей травы. Когда шедший впереди волк приблизился на 25-30 метров, я вскинул ружье и произвел выстрел. Хватая зубами пораженный картечью бок и свирепо рыча, зверь стал быстро кружиться. По этой причине я допустил промах из другого ствола. Вместо того, чтобы перезарядить ружье, я выскочил из укрытия и вплотную подбежал к раненому волку, торопливо ища в карманах патроны.

Поняв, что патроны находятся в оставленном рюкзаке в укрытии, я решил добить зверя прикладом ружья. Зверь уклонился от удара и метнулся в кусты, где продолжал скулить и рычать. Быстро вернувшись к укрытию и достав патроны, снова побежал туда, где оставил волка. Однако, теперь все было тихо. Решив, что волк мог погибнуть, я начал поиски. Вскоре стемнело и пошел дождь. Это заставило меня спешить к зимовью. Я ругал себя за допущенные промахи, но надеялся что утром я смогу розыскать свой трофей.

Однако, и утром поиски оказались безрезультатными. Я решил, что волк либо погиб от ран, либо оправился и будет продолжать жить, на что я надеялся больше. И все же волк этот погиб. Как я узнал, его заметил проезжавший на автомобиле недалеко от этого места по дороге охотник. Волк был сильно ослаблен и не в состоянии был убежать. Так закончилась неудачей моя охота на волка, где я, как охотник, показал себя не с лучшей своей стороны.

 

У ВОЛЧЬЕГО ЛОГОВА

Еще в начале июня находясь на вырубке, примыкающей к заповеднику с юга, поблизости от Сакальи, обнаружил я в траве хорошо заметную волчью тропу. Здесь тропа упиралась в небольшой впадающий в Сакалью ручей, на берегу которого имелось много волчьих следов. Значит волки часто приходили сюда на водопой. Чтобы узнать откуда они ходили, я решил проверить тропу в обратную сторону. Не прошел я полсотни метров, как тропа привела меня к складу, "забытому" лесорубами, бревен, под которыми ясно просматривался лаз, ведущий под нагромождение подгнившей древесины.

Внимание привлекла находящаяся перед лазом площадка диаметром около четырех метров, основательно утоптанная волчьими лапами, на которой не росла даже трава. Видимо, здесь в отсутствие родителей играли волчата. Осмотреть скрытое под толстым слоем бревен логово не было никакой возможности, так как для этого пришлось бы разбросать тяжелые бревна. Недалеко от логова я обнаружил множество волчьих экскрементов, содержащих волосы лосей, но каких либо костных ocтатков здесь не имелось.

Довольный тем, что мне удалось разыскать волчье логово, я ушел. Через несколько дней я вновь пришел к логову, в надежде увидеть волков. Однако, здесь даже не оказалось свежих следов этих хищников. Видимо волки, зная о том, что их логово обнаружено, увели отсюда своих уже подросших волчат, в другое место.

Через пару недель после этого посещения логова, я шел по Шайтанской дороге, приблизительно в 1,5 км от волчьего логова. Транспорт по этой дороге уже не ходил, так как во время весеннего паводка она в многих местах оказалась размытой талыми водами. При подходе к ручью Березовый, так же впадающем в Сакалью, обратил внимание на обилие здесь волчьих следов и экскрементов.

Достигнув ручья, пересекающего дорогу, я удобно устроился на лежащем на обочине дороги бревне и стал отдыхать. Меня со всех сторон укрывала высокая трава, а стоявшие рядом деревья создавали хорошую тень. Вскоре послышалось какое то шлепанье. Кто-то большой приближался в мою сторону по ручью, громко шлепая лапами по воде. Меня беспокоила возможность появления медведицы с медвежонком, следы которых я там видел.

Приподняв над травой голову, я к большему удивлению увидел рядом с собой, лежащих на проезжей части дороги трех волчат. Их шерсть была мокрой. Один из щенков поднялся и пытался схватить зубами кружившего над ним овода. Через несколько минут волчата поднялись и медленно пошли по дороге. Это были волки-подростки: большеголовые и длиннорогие, как мне показалось, с непомерно длинными ушами и тонкими хвостами, что придавало им потешный вид. Метрах в сорока от меня волчата снова легли на дорогу. Выждав, я встал и начал рассматривать их через окуляры бинокля. Увидев меня волчата поднялись на ноги и дружно уставились на меня мордами. Кончики их поднятых ушей еще свисали. Я медленно направился в их сторону, но волчата продолжали стоять. Было видно, что, впервые увидев человека, они не испытывают к нему никакого страха. В их поведении сложно было видеть только любопытство. Не прошел я и десяти метров, как слева от дороги послышался грозный рык, после которого волчат с дороги словно сдуло ветром.

В августе, в той стороне, где произошла эта встреча, я нередко, с наступлением темноты слышал их "песни". Однажды, когда на землю лег первый снежный покров, эта троица, потеряв или отстав от родителей, встретив тропу, прибежала ночью прямо к зимовью в кв. 84 заповедника, в котором в это время сладко спал один из научных сотрудников. Подбежав к зимовью и увидев незнакомое сооружение, волки растерялись и дружно завыли. Услышав под окнами душераздирающий волчий вой, испуганный сотрудник схватил палку и стал бить ею по ведру, чем в свою очередь напугал волков. Поведение волков нетрудно было узнать по оставленным ими следам на свежей пороше.

 

ВСТРЕЧА В НОЧИ

Однажды солнечным майским утром проходя по дороге, идущей по склону Макаровой горы, вспоминал я того человека, именем которой названа эта гора. Лет сорок назад на вершине этой не очень высокой горы находилась база Косулинского леспромхоза, при которой Макар работал сторожем. Когда же леспромхоз израсходовал все ресурсы ближайших лесов, он перебрался в другой район. Макар остался без работы, но полюбившегося места не оставил. Жил в оставленной ему в качестве наследства от лесхоза избушке. Бил кедровую шишку, собирал ягоды малины и грибы, реализуя добычу в В.Тагиле. Потом стал пасти здесь телят, которых приводили к нему жители В.Тагила. После откорма хозяева забирали своих бычков и телочек, а Макар получал вознаграждение.

Так и жил этот отбившийся от общества человек. К старости Макар перебрался к родственникам в город, где вскоре умер. Я хорошо знал этого угрюмого, но тихого человека. В истории географии немало названий гор, рек и озер, получивших названия по имени простых людей.

В день, когда я проходил по этой дороге, обильно цвела черемуха, наполняя воздух ароматом своих цветов. Четко отбивал рулады певчий дрозд, приглашая обитателей леса "пить чай", звонко свистели зяблики. Но вот на дорогу выскочил заяц и быстро заковылял в мою сторону. Я замер, боясь пошевелиться. Когда заяц приблизился на расстоянии нескольких метров, то остановился и, поднявшись на задние лапки, стал внимательно меня рассматривать. Он потешно шевелил ушами, но никак не мог понять, что это за чучело перед ним стоит на дороге. Я пошевелился, и заяц стрелой метнулся в кусты.

Не успел я пошевелиться, как на дорогу, в том самом месте, где появился заяц, выскочил волк. Сначала он хотел было бежать по заячьему следу, но, заметив меня, спрятался за кустиком, откуда стал наблюдать за мною. Я не шевелился, рассматривая зверя в бинокль. Это был крупный волк, на темной шкуре которого висели более светлые лохмотья зимней шерсти. Это придавало зверю не очень опрятный вид. Волк тоже не мог понять, что это там появилось на дороге. Он вышел из-за куста и стал внимательно смотреть в мою сторону. В этот момент я резко поднял руку и волк исчез.

Было нетрудно понять, что матерый рыскал по своим угодьям, чтоб добыть корм для волчат. Позже мне представился случай познакомиться и с его потомством.

Это было уже в конце августа. Когда я шел по этой дороге, то из-за ее поворота навстречу мне выбежала пара волчат. Испугавшись, они заскулили и бросились в кусты. Оказалось, что волчата прибегали утолить жажду на одной из луж, где остались их следы и помутнение воды.

Следующая встреча с семьей этого матерого, произошла у меня уже поздней осенью. Обстоятельства заставили меня следовать этой дороге темной ночью. Ночь была очень тихой, и ничто не предвещало ничего необычного. Но тут я услышал в стороне от дороги громкий треск ветвей и топот копыт бегущего лося. Период гона лосей еще не закончился и я подумал, что лось ломится в моем направлении, услышав шорох моих шагов. Я замер, пытаясь не издавать никаких звуков. Я видел, как недалеко от меня мелькнула через дорогу темная туша зверя. И почти тут же следом за ним через дорогу серыми тенями замелькали фигуры преследовавших лося волков. Хрипло рыча и взвизгивая волчья стая шла по следу спасавшегося от волков лося. Выждав, когда звуки преследования стихли, я продолжил свой путь.

Надо сказать, что эта встреча в ночи вызывала у меня неприятное чувство опасности, ведь у меня не имелось при себе никакого оружия. Конечно, даже разъяренная преследованием стая не могла напасть на меня. У меня за время работы в заповеднике было много других визуальных контактов с волками, но все они были менее впечатлительными, чем те, которых я описал.

 

НА ВОЛЧЬЕЙ СВАДЬБЕ

Февральским солнечным днем, находясь на территории Висимского заповедника, обнаружил я свежую волчью тропу, проложенную стаей волков в моем обходе. А так как февраль — это пора волчьих свадеб, то у меня не было сомнения в том, что тропу проложила свадебная процессия. Гон — особый период в жизни животных, когда их поведение резко меняется. Мне приходилось наблюдать "мордобой" на заячьих свадьбах, видеть брачные турниры тетеревов, слушать "шопот" любви глухарей, быть свидетелем лосиных потасовок, но я никогда не был на волчьих свадьбах. Поэтому, забыв обо всех своих делах, я незамедлительно пошел по волчьей тропе, хотя у меня не было при себе никакого оружия.

Тропление животных по их следам дает натуралисту возможность лучше понять поведение животного. Вот и теперь, двигаясь по волчьей тропе, я внимательно рассматриваю следы зверей, оставленных на снегу совсем недавно. Судя по следам, стая состояла из двух матерых волка и волчицы, двух переярков и трех прибылых, как называют охотники молодых волков, которым еще нет и года. Переярки же — это волки, которым более года, но еще не достигших половой зрелости. Семь волков — это уже довольно крупная стая.

Стаи с большим числом волков — большая редкость. Поэтому разговоры о волчьих стаях, в которых насчитывались десятки волков, это не более чем байки. Волки живут семьями, а поэтому они очень ревниво относятся к появлению в их охотничьих угодьях чужаков. К тому же, в период гона вожак стаи никого не подпускает к волчице, даже своих повзрослевших детей.

Вот и теперь, молодежь тащится за родителями на значительном расстоянии. Приближаться к влюбленным родителям нельзя. Вот и площадка, где родители занимались любовными играми, а остальные члены семьи внимательно следили за ними с расстояния около 50 метров. Вскоре волк и волчица устроили лежку в снегу, а остальные тоже легли на отдых, в отдалении от них. Причем трое молодых все легли рядышком, а те, что постарше немного в стороне от них.

Мое появление не очень напугало волков. Поднявшись с лежки, они не торопясь отправились дальше. Оторвавшись от меня на значительное расстояние, стая наткнулась на отдыхающего лося. Не успел лось пробежать и двух десятков метров, как один из переярков догнал его и выхватил из шкуры лося большой клок шерсти. Но, инициатива этого волка не была поддержана другими членами семейства и он был вынужден вернуться и занять свое место на тропе.

Волнение, которое испытывали младшие члены семьи при виде любовных игр родителей было выше, чем охота. Молодые волки никак не могли понять, почему их родители отгоняют их от себя. Они не могли знать, что с этого момента им придется жить самостоятельно, что матерые скоро уединятся и будут вести скрытный образ жизни. Молодые уже подросли и уже могут постоять за себя. Теперь вожаком стаи станет то из переярков.

В течение всего дня, до позднего вечера шел я по следу стаи, пришлось три раза поднимать волков с лежки, но увидеть их так не удалось. Волки успевали обнаруживать мое приближение и своевременно уходить. Тропление помогло мне лучше понять семейные отношения волчьей стае.

 

ВОЛКИ, ВОРОНЫ И ЛОСИ

Надо сказать, что волки и вороны это члены одной разбойничьей шайки, где вороны играют роль пособников злодейских нападений волков на лосей. Обычно каждую стаю волков в зимний период постоянно сопровождает несколько воронов, которые, совершая облет охотничьих угодий волков, обнаруживают лосей и выводят к ним волчью стаю. Обычно, обнаружив лосей, вороны без труда находят волков и, совершая челночные полеты между волками и лосями, дают понять хищникам, в каком правлении следует искать жертву. При этом птицы призывно кричат.

Eсть вероятность того, что волки хорошо разбираются в издаваемых воронами звуках. Звуковой спектр, издаваемых воронами звуков, очень богат. Эти птицы способны не только каркать и крумкать, но способны издавать звуки, похожие на ауканье заблудившихся людей, курлыкать по-журавлиному, а также издавать звуки очень похожие на звук натянутой струны. Следуя в указанном воронами направлении, волки легко находят лосей. Воронам же после удачной охоты достаются объедки с барского стола серых помещиков.

Часто волки охотятся ночами, когда вороны спят и не могут корректировать поведение волков. В этом случае утром вороны находят волков и никогда не оставляют их без своего контроля. Конечно, не все вороны занимаются обслуживанием крупных хищников. Большинство из них выполняют роль санитаров, разыскивая трупы погибших животных, активно посещая мусорные свалки вблизи населенных пунктов и т.д. Мне не раз приходилось находить погибших от волков лосей, руководствуясь громкими криками воронов.

Однажды, находясь в своем зимовье на территории заповедника, я был разбужен громкими криками воронов, хотя было еще довольно темно. При выходе из зимовья я увидел более десятка этих птиц, которые в сильном возбуждении метались над вершинами деревьев. Приблизившись к тому месту, которое больше всего привлекало птиц, я обнаружил там кормившихся лосей. Поблизости от лосей имелась проложенная в глубоком снегу тропа, по которой волки приближались к лосям. Мое появление между волками и лосями, нарушило планы волков, и они были вынуждены ретироваться по своим же следам. За ними улетели и вороны, после этого, лоси в течение нескольких дней паслись поблизости от зимовья, и волки здесь больше не появлялись.

В один из майских дней, подходя к своему зимовью, я обнаружил на тропе свежую шкуру новорожденного лосенка. Сначала я решил, что это дело рук браконьера, но внимательно осмотрев находку, понял, что лосенка задрал волк, который сумел аккуратно снять с него шкуру. Решив, что шкурку можно использовать в качестве коврика, я прибил ее к стенке зимовья для просушки. Вскоре я увидел, что в том месте где я нашел шкурку, на дереве сидит ворон. Там оставалась еще нога лосенка. Нетрудно было понять, что появился матерый, что бы забрать остатки своей добычи. Приблизившись, я успел заметить убегающего с ногой в зубах волка. Шкурку же лосенка вскоре кто-то украл. Я считаю, что сделать это мог волк.



Создан 03 мар 2013